Category: экономика

Category was added automatically. Read all entries about "экономика".

v3

Экспортная цена российской нефти ушла в минус

01.04.2020
Затраты на транспортировку российской марки экспортной смеси Urals и оплату экспортной пошлины в конце марта превышали ее среднюю стоимость.

Проба нефти на Соровском месторождении
Беспрецедентное падение мировых цен на нефть привело к тому, что на российском рынке ценовые показатели конца марта ушли в минус. Таким образом затраты на транспортировку, оплату экспортной пошлины и другие расходы превышали среднюю стоимость российской марки экспортной смеси Urals в Северо-Западной Европе и Средиземноморском регионе. Об этом в среду, 1 апреля, сообщило международное ценовое агентство Argus, которое освещает ситуацию на энергетических и товарно-сырьевых рынках.
Так, котировка "Urals FIP Западная Сибирь ФОРМУЛА" 30 марта равнялась минус 1,007 тысячи рублей за тонну, а 31 марта снизилась до минус 1,2 тысячи рублей за тонну. Поставка на условиях FIP (Free in pipe. - Ред.) предполагает, что продавец доставит сырье к трубопроводу за свой счет.
"Ситуация застала врасплох"
"Такая ситуация застала врасплох многих участников рынка, так как их цены на поставки нефти по контрактам как годовым, так и краткосрочным базируются на значении формулы в течение месяца поставки", - отмечает агентство Argus.
Ранее президент США Дональд Трамп заявил, что при необходимости готов подключиться к переговорам между Россией и Саудовской Аравией о ситуации на рынках после начала "нефтяной войны" между Москвой и Эр-Риядом.
В среду, 1 апреля, утратила сила сделка ОПЕК+ по сокращению объемов добычи нефти. С тех пор как стало известно об отказе от ее продления, цены на мировом рынке упали более чем вдвое. Так, 30 марта цена на российскую нефть марки Urals опустилась до 16,2 доллара за баррель, что стало минимальным уровнем с 1999 года.
Collapse )
v3

В чем на самом деле причина войны на Донбассе? Ответ ШОКИРУЕТ многих

марта 29, 2020

Как говорят классики, война – продолжение политики, а политика — продолжение экономики. Для широких масс, режим Путина создает бредовые конструкции для оправдания своей агрессивной политики, а на самом деле речь идет о вполне реальных деньгах. Причем, после недавней утечки информации о том, что США намерены блокировать деньги Путина на сумму 40 млрд. долл. только в одной Швейцарии и только полученные с прибылей нефте-газовых предприятий, то уместен вопрос: за чьи же деньги развязана война?

НЕМНОГО О ЦЕНАХ
Итак, что же стало базой этой войны. Как сказано выше, корни любой войны лежат в экономике. Здесь уместно вспомнить о том, что цены газа и нефти, связаны между собой через их энергетическую ценность в плане тепловыделения. Грубо говоря, цена газа, привязана к цене нефти. Так же вспомним о том, какая цена на нефть была в 1999 году, когда Путин пришел к власти. В феврале этого года нефть марки Brent была около 10 долл. за бочку. После этого, цена на нефть непрерывно росла, хоть и с колебаниями. Своего максимума цена нефти достигла перед кризисом 2008 года. Тогда она составила 135 долл. за бочку. Наиболее быстрый и неуклонный рост цены начался с 2004 года.
Следующие 4 года были бенефисом стран экспортеров нефти и газа, газ дорожал примерно теми же темпами. Таким образом, Россия, начиная с 2004 года, получила источник финансирования собственных амбиций в виде сверхдоходов от продажи своих природных ресурсов. Именно цена на нефть создала Путину облик мачо, а его предшественнику – алкаша и неудачника.СООБЩАЕТhttp://www.zvistka.net/
Динамика цен была такова, что в определенный момент, у руководства страны возникла интоксикация от передозировки доходов. Возникло внутреннее убеждение того, что цены на нефть, газ, золото и т.д. будут расти бесконечно. И тут надо понимать еще один важный момент. И если нефть, в основном, поставляется танкерами, то газ (ввиду его физических свойств) предпочтительно поставлять трубопроводным транспортом. То есть – мало иметь газ, нужно еще контролировать трубу! Запомним это. Мы помним заявления руководителей российского государства и гос. корпораций, сделанные на пике цен, о том, что запасы газа конечны и по мере его добычи, его стоимость будет только расти. Назывались цены 600, 800 и даже 1000 долларов за тыс. м куб газа, как ближайшая перспектива.
В ПОИСКАХ СВОЕГО ПОЧЕРКА
Амбиции мировой империи просыпались в четкой привязке к росту доходов. Но 2008 году случилась первая, тревожная катастрофа. Грянул кризис и цены пошли вниз. Причем цены рухнули вслед за спросом. В тот момент Российское руководство еще надеялось на то, что это – временное явление, но решило принять решительные меры для того, чтобы сохранить status quo в плане поставщика сырья в Европу. Первым делом, Россия избавилась от законтрактованного в Туркмении газа для Европы. Очень вовремя взорвалась газокомпрессорная станция, вместе с куском газопровода. Тогда еще хотелось верить в заявления россиян о том, что скакнуло давление или что-то еще. Теперь понятно – это была диверсия. Туркмены с Газпромом перестали играть в подкидного дурака, и ушли в Китай. Но ушли и из Европы! Одним конкурентом стало меньше.
ГРУЗИЯ
Агрессия же против Грузии была первой, серьезной пробой пера. Тогда это было обусловлено необходимостью создания очага напряженности по трассе газопровода НАБУККО. Напомню: НАБУККО – альтернативный проект поставки газа из Азербайджана, Казахстана и Туркмении в Европу.
С учетом того, что Иран был под санкциями, то единственный коридор был как раз через территорию Грузии. Цель была достигнута. Проект НАБУККО был остановлен.
Брутальность вторжения, потребовала срочного информационного и политического прикрытия акции. Именно тогда был обкатан механизм тотальной промывки мозгов тех, кому не повезло смотреть или читать русские СМИ. Население было успешно заражено вирусом неоимпериализма. Но не меньшие усилия были предприняты и на другом конце трубы! В Европе оптом и в розницу скупались политические деятели и целые партии. Нефтедоллары потекли в карманы лоббистов и европейских СМИ. В итоге получилась абсурдная ситуация – европейцы стали вслух говорить о том, что Грузия напала на РФ и та вынуждена была защищаться.
С того момента, руководство РФ обрело прецедент бесхребетности европейских структур. То есть, элемент безнаказанности был апробирован и осознан как реальность. Именно тогда военное вторжение было зачислено в инструментарий внешней политики РФ.
В общем, Кремль решил, что ситуацию с европейским рынком сбыта надо контролировать жестко. Схемы взаиморасчетов уводят в тень гигантские суммы, которые плавно перетекают в карманы руководства РФ и их агентов влияния в Европе. Уменьшение этого потока прямо отразится как на Кремлевских бонзах, так и на их европейском авторитете. Кроме того, амбициозные проекты внутри РФ, давали средства для прокорма многомиллионной армии чиновников и силовиков. Именно на их лояльности держится режим. Допустить снижение притока средств – самоубийственно. Все было хорошо, но высокие цены на энергоносители, заставляют приходить в движение механизмы компенсации. К ним относим эффективные энергосберегающие технологии, на одном конце трубы, и новые методы добычи сырья – на другом.
США — КАТАР
Беда пришла оттуда, откуда не ждали. Сланцевый газ в США оказался громом среди ясного неба. Я думаю, что реальность и эффективность этой технологии была оценена правильно и сразу. Правда глава Газпрома Миллер, года полтора издевался над потугами американцев и утверждал, что это пиар, дескать – мыльный пузырь лопнет не завтра – послезавтра. Сообщения СМИ о том, что цена газа в США упала ниже 100 долл., объяснялась скрытым государственным субсидированием проекта. Однако 100 дол американского газа против 450 дол русского, уже не проигнорируешь. Бравые и лихие юмористические эскапады гражданина Миллера закончились ровно в тот момент, когда США отказались от импорта сжиженного газа. И тут надо вспомнить экономическую географию. На западном побережье США существуют и планировались к постройке, новые терминалы для приема сжиженного газа, доставляемого газовозами. Аккурат в это время, в Южной Корее начали спускать на воду корабли газовозного флота. А заказчиком этого флота было маленькое государство с огромными запасами газа – Катар. Чтобы себе представлять, на сколько богато это крохотное государство, стоит отметить, что кроме флота газовозов, Катар заказал флот новейших и самых шикарных авиалайнеров для своей авиакомпании. Уже в строю 128 новейших лайнеров, еще 50 в цехах производителей. Причем ни единого перекупленного, только новые. Конечно, это не Эмираты с их 229 в строю и 50 на заводе, но и не Трансаэро с его 103 антикварными колымагами. Вполне сопоставимо с Аэрофлотом, у которого 144 авиалайнера. И это у Катара, который на карте не видно! Почему пример с самолетами?
А потому, что туда очередь производителей вооружений стоит аж по колено в воде, но военные контракты закрыты и о них можно только предполагать. Заметим, все это заказывается и строится – одновременно!
СИРИЯ
Такое внимание к Катару не случайно. Когда США отказались от катарского сжиженного газа, говорят, произошли переговоры с европейцами о том, чтобы допустить катарский газ в Европу. Такое согласие было получено и все мы помним, что Европа вслух заговорила о диверсификации поставок газа. Но тут возникло два препятствия. Катар может пригнать газовозами столько, сколько угодно этого газа, но для его приема нужны терминалы. На их строительство нужно время и средства, исчисляемые в миллиардах евро. Тем не менее, стройки идут в разных частях Европы, но на сегодня, массовых поставок пока нет. Второе препятствие – отсутствие трубопроводного сообщения Европы со странами Залива.
Это препятствие Катар попытался разрешить самостоятельно. Задача стояла простая – дотянуть трубу до Турции, а дальше – будет возрожден проект НАБУККО в его турецкой и европейской части. Как мы видим, к Турции труба может попасть либо через Ирак, либо через Сирию. Как мы помним, в Ираке идет перманентная гражданская война, а в Сирии еще несколько лет назад было тихо. Выбор был очевидным. Катар влил свыше 10 млрд. долл. в инфраструктуру Сирии под согласие Асада на трубу. И вот Асад, после общения с русскими братьями, идет в отказ. Что было дальше – все в курсе. Почерк Газпромовско-КГБовской братии виден сразу. Война в Сирии закрыла этот коридор.
УКРАИНА
Вроде хорошо поработали, трубы везде отсекли, везде идет война или напряженность, которая не позволит финансировать альтернативные трубопроводы из-за высоких рисков. Но тут оказалось, что Украина мало того, что не последовала примеру Беларуси и не сдала трубу, а еще и оказалась обладательницей крупнейших залежей сланцевого газа в Европе!
Причем, самая крупная часть этих залежей – на территории Донецкой и харьковской областей (вот откуда Новороссия взялась и бойня за Славянск!). То есть, возникла реальная перспектива, что по трубам украинской ГТС в Европу пойдет наш газ. С этого момента вариант вторжения стал основным и единственным. На кон была поставлена вообще возможность выживания РФ как единого географического пространства. Перекрытые трубы нефти и газа в Европу – быстрая и гарантированная смерть энергетической сверхдержавы.
Именно таким образом, были запущены элементы вторжения.
Европейские лоббисты получили команду топить реакцию здоровых сил в демагогии, СМИ – сами знаете, что творили, местная креатура ФСБ, которая состояла из четкой смычки правоохранителей и бандитов – ударила изнутри, и Крым упал в руки как спелое яблоко. Тот же сценарий был задействован и в Донбассе.
Думаю, чтоагрессия РФ против Украины планировалась на более ранний срок. Видимо, мы должны сказать спасибо Катару за отсрочку.
ЭПИЛОГ
Мне видится, что эту войну ведет Газпром и та небольшая группка лиц, которые присосались к трубе намертво и справедливо полагают, что обладание или потеря трубы – вопрос их личной жизни и смерти. Если рассматривать ситуацию под этим углом зрения, то почти все действия Москвы находят свое простое объяснение. Другое дело, что заставить Европу покупать газ и нефть только у них, а нас – любить старшего брата, уже невозможно.
Что же лежит в основе всего этого потока крови и разрушений? Жадность! Животная, всепоглощающая и безграничная! Будь Путин мудрым политиком, он бы умерил собственные аппетиты (награбил то далеко за 100 млрд.!), урезал бы ряд абсурдных бюджетных программ и скинул бы цену ровно на столько, чтобы сланцевый газ стал не рентабельным. Никто бы этим не занимался. А теперь – поздно. Технологии добычи стремительно совершенствуются. За газом пошла сланцевая нефть. Себестоимость неуклонно падает, а экономика США потребляет дешевые энергоносители.
Мы немного не дотянули до краха и развала «энергетической сверхдержавы», но мы обязаны выстоять и мы выстоим!
Слава Украине!
Collapse )
v3

Как показывает история, паника приводит к тому, что правительственное «лечение» становится хуже

2020-03-25
Как показывает история, паника приводит к тому, что правительственное «лечение» становится хуже, чем болезнь
Джон Милтимор

Main Image: Wikimedia commons | Social Image: Pixabay
Тот, кто смотрел фильм Джона Хьюза “Выходной день Ферриса Буллера”, вероятно, помнит сцену, когда учитель экономики Ферриса (Бен Стейн) объясняет закон о тарифах Смута-Хоули аудитории скучающих и спящих студентов. Сцена великолепна по многим причинам, в том числе и потому, что она прекрасно демонстрирует, что некоторые из самых скучных вещей в истории также являются и наиболее важными.
Тариф Смута-Хоули был, конечно, одной из величайших ошибок в истории.
Этот закон, принятый в 1930 году, вопреки возражениям более тысячи экономистов, увеличил тарифы (которые уже и так были высоки) на импорт, чтобы защитить американские промышленные предприятия и фермеров, вызвав торговую войну, которая углубила Великую депрессию. Это прекрасный пример того, как власти предпринимают решительные действия, чтобы смягчить кризис — и тем самым усугубляют ситуацию.
Многие забывают, что не закон Смута-Хоули вызвал депрессию. Это был ответ на депрессию. На самом деле, этого могло бы вообще никогда не произойти без катализатора — краха фондового рынка 1929 года — который привел страну в неистовство. Поначалу Республиканцы в Сенате не позволили пройти этому закону, но кризис Черного Вторника, вызвал повсеместную истерию и позволил закону проскочить.
Предназначенный для защиты американцев во время экономического кризиса, закон Смута-Хоули привел к катастрофическим последствиям. Объем импорта сократился с 1334 млн. долларов в 1929 году до 390 млн. долларов в 1932 году. По данным правительства, объем мировой торговли сократился примерно на 66 процентов. К 1933 году безработица составляла 25 процентов, это самый высокий показатель в истории США.
Для того, чтобы “исправить положение” американцы выбрали Франклина Рузвельта, который запустил серию федеральных программ, что еще более усугубило кризис. Остальное, как говорится, история.
Есть много историй, когда правительства усугубляли панику
Смут-Хоули и Новый курс – совсем не единственные примеры действий правительства, усиливающих панику.
В своей книге "Основы экономики" экономист Томас Соуэлл рассказывает о нескольких случаях, когда правительства превращали маленькие проблемы в большие, используя грубую силу – зачастую контроль цен – для того, чтобы отреагировать на панику общественности в связи с ростом стоимости некоего товара.
Одним из наиболее известных примеров является бензиновый кризис 1970-х годов, который начался, когда федеральное правительство взялось решать небольшую проблему (временно высокая цена бензина) и превратило ее в большую (дефицит по стране).
Это началось, когда ОПЕК (Организация стран-экспортеров нефти), недавно сформировавшийся нефтяной картель, сократил добычу нефти, что привело к росту цен на топливо. Чтобы справиться с этим ростом, администрация Никсона (а затем и администрации Форда и Картера) прибегла к контролю цен, чтобы цены на топливо оставались низкими для потребителей.
Результат? Массовая нехватка топлива по всей стране привела к длинным очередям, многие американцы вообще не могли покупать топливо. Этот “энергетический кризис”, как его называли в то время, в свою очередь вызвал хаос в автомобильной промышленности.
Однако, как объясняет Соуэлл, фактического дефицита бензина не было. В 1972 году было продано почти столько же бензина, сколько в предыдущем году (если быть точным, 95 процентов). Точно так же американцы в 1978 году потребляли больше бензина, чем в любой другой предыдущий год в истории. Проблема заключалась в том, что ресурсы не были распределены (allocated) эффективно из-за государственного контроля над ценами.
Энергетический кризис был полностью предсказуемым, как позже заметили два советских экономиста (которые имели огромный опыт в области дефицита, вызванного централизованным планированием).

В экономике с жестко спланированными пропорциями такие ситуации – не исключение, а правило – повседневная реальность, регулирующий закон. Абсолютное большинство товаров либо в дефиците, либо в избытке. Довольно часто один и тот же продукт относится к обеим категориям – в одном регионе наблюдается дефицит, а в другом – избыток.

Никто не любит высокие цены на бензин, но энергетического кризиса 1970-х годов не существовало, пока его не создало правительство. И такой результат не был уникальным. Подобные примеры можно найти на протяжении всей истории: от нехватки зерна в Древнем Риме, вызванного “Указом о максимальных ценах” Диоклетиана, до ипотечного кризиса в 2007 году и последовавшего финансового кризиса.
С точки зрения сегодняшнего дня, ошибки прошлого кажутся очевидными, однако подобное совершается и сегодня во время кризисов, но в меньших масштабах. Чтобы разрешить предполагаемые кризисы в сфере жилья, Калифорния и Орегон недавно приняли законы о контроле за арендной платой, которые, несомненно, повредят жителям этих штатов. Точно так же законы о взвинчивании цен (законы, запрещающие повышать цены, — прим.ред.) и давление общественности регулярно приводят к массовой нехватке товаров во время национальных чрезвычайных ситуаций.
COVID-19: время паниковать?
Поскольку Америка переживает самую пугающую пандемию за текущее столетие – вспышку COVID-19, важно, чтобы решения, затрагивающие жизни, свободы и средства к существованию сотен миллионов людей, принимались с помощью разума, а не коллективного страха.
Пандемии явно отличаются от экономических депрессий и нехватки топлива, но некоторые из их уроков применимы и тут. Подобно экономической панике, пандемии вызывают массовый страх, который может привести к ошибочным и нерациональным решениям.
Мы знаем, что люди по своей природе склонны следовать за толпой, особенно в периоды социальных волнений и паники. Этот инстинкт привел к некоторым из величайших трагедий в истории человечества.
COVID-19 вполне может оказаться настолько же опасным, насколько нам кажется. Эпидемиологи, создатели вакцин и другие медицинские эксперты согласны с тем, что он очень заразен и смертелен, особенно для определенных групп риска (например, пожилых людей и людей с ослабленной иммунной системой и повреждением легких). Тем не менее, многие из тех же экспертов не согласны с масштабами угрозы COVID-19.
Одна из проблем, с которой сталкиваются медицинские работники, заключается в том, что у них просто нет большого количества надежных данных для работы.
“Данные, собранные на сегодняшний день, о том, сколько людей инфицировано и как развивается эпидемия, совершенно ненадежны”, — написал недавно Джон П.А. Иоаннидис, эпидемиолог и профессор медицины в Стэнфордском университете, который является со-директором Мета-исследовательского инновационного центра университета.
Посмотрим правде в глаза: пандемии страшны. Вероятно, это вдвойне верно в эпоху социальных сетей, когда самые страшные модели, как правило, расшариваются наиболее активно, что вызывает еще большую панику. Из-за повышенного уровня страха вполне разумно полагать, что государственные чиновники могут «следовать за толпой», что является плохой идеей, даже если толпа не полностью оцепенела.
“Толпа не рассуждает, не выносит ни споров, ни противоречий. Внушение всецело овладевает ее мыслительными способностями. Толпа или принимает, или отбрасывает идеи целиком, стремится немедленно превратить идеи в действия”, — писал Гюстав Ле Бон в своей основополагающей работе 1895 года Толпа: изучение коллективного разума.
Ни для кого не секрет, что кризисы – войны, террористические акты и экономические депрессии – часто приводили к обширным посягательствам на свободу и даже приводили к появлению тиранов (от Наполеона до Ленина и так далее). В своей книге «Кризис и Левиафан» историк и экономист Роберт Хиггс объясняет, как на протяжении всей истории кризисы использовались для расширения государства, часто позволяя сохранить «временные» меры после того, как кризис прошел (вспомните удержание федерального налога во время Второй мировой войны).
“Когда случаются кризисы, правительства получают новую власть над экономическими и социальными отношениями” — пишет Хиггс, “Для тех, кто ценит индивидуальные свободы и свободное общество, эта перспектива выглядит глубоко удручающей”
Давайте воспринимать новый коронавирус со всей серьезностью, но давайте не будем при этом отбрасывать разум, осторожность или Конституцию.
Если мы это сделаем, мы можем обнаружить, что правительственное “лечение” от коронавируса будет даже хуже, чем сама болезнь.
Оригинал статьи
Перевод: Наталия Афончина

Collapse )
v3

Нефть: возобновляемый ли источник энергии?

В принципе мы этот материал готовили несколько суток. В какой то мере конечно – он же готовился и все последнее десятилетие. Но получилось, что он выходит как ответ комментатору. Познакомим же его и конечно своих постоянных читателей с нашими фундаментальными выкладками в свете последних событий.
Лет 5 или 8 (может чуть больше) назад мы в команде с нашими экономическими экспертами обсуждали казавшийся тогда сугубо теоретическим вопрос о возможности ОТРИЦАТЕЛЬНЫХ процентных ставок по КРЕДИТАМ. Пришли к тогда строго теоретическому же выводу: а почему, собственно, нет? Никаким положениям экономической теории наше предположение не противоречило. Сейчас наше теоретическое обоснование полностью подтверждено практикой реальных банков целого ряда ведущих западных стран. Много где это уже норма. Примерно в 2014 году мы опубликовали исследование, где показали, что скидок не существует, а есть штрафы за "недостаточный уровень потребления". Но это юридически - правовой абсурд. Ведь Глобальный Манифест категорически исключает саму возможность «штрафа за брошенный окурок»: никто не может и не должен подлежать наказанию за то, что объективно, по факту не причинило ущерба. Более того: мы говорили о том что «санаторий инфантилов» - не есть что то противозаконное, и скорей всего даже наоборот – правильное. То есть максима о том, что прав именно потребитель в правовом поле фактически равна утверждению о том, что родители перед детьми несут обязанности, а не наоборот. Проще говоря: экономика должна удовлетворять требования людей, а не люди – требования экономики. И дальше уже не важно как это будет сделано: вынь, и положи, «расшибись, но обеспечь». Понимаете? Это, между прочим, будет обозначать и полное отсутствие границ согласно принципам о свободе перемещении людей, услуг, капиталов. Это попросту неизбежно.
Так вот: в теории ситуация должна была выровняться. Это может быть сделано или БОДом (некий аналог чего сейчас делает Трамп "раздавая" гражданам по 1000 баксов) или премиями потребителю: что и начинает происходить. Оно ДОЛЖНО БЫЛО начать происходить и вот мы сейчас начинаем это видеть ВООЧИЮ. Что же происходит? В сущности, идет мировоззренческий СЛОМ модели при которой «всем не хватит» - все эти «пикойлы» и так далее, в общем весь этот «римский клуб» с его идеями о «пределах роста». И совершенно не зря Навиагтор связывает эпидемию вируса и заявления Греты Тунберг. Это действительно – звенья одной и той же цепи: здесь конечно и падение жадного Китая, который хотел быть мировой фабрикой на дармовых ресурсах и много получать взамен, руками США, здесь же и падение самих США, ФРС которых явно забыло о той миссии, которая была на нее изначально возложена. Незадолго до сообщения об отрицательных ценах на нефть мы в очередной раз анализировали фундаментальные предпосылки для реализации Сценария 8 в глобальной экономике. Мы в частности отмечали, что сколько бы вы нефти не потратили на добычу еще нефти вы все равно будет в выигрыше в микроэкономике… но все равно рано или поздно выходить в ноль в макро! Это при том, если нефть – возобновляемый ресурс. Итак: если нефть – ресурс возобновляемый, то стоимость ее составляет НОЛЬ ИЛИ ОТРИЦАТЕЛЬНОЕ ЗНАЧЕНИЕ! Что мы сегодня уже видим на практике? Как это можно объяснить?
Выскажитесь.
Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.
Collapse )
v3

Рубль удобрил зерно Цена российской пшеницы бьет рекорды и превысила стоимость нефти

23.03.2020

Фото: Василий Александров / Коммерсантъ
Девальвация рубля и относительно высокие мировые цены на зерно придали уверенности российским фермерам. За неделю средняя стоимость пшеницы на внутреннем рынке взлетела на 1 тыс. руб. и достигла почти 13,3 тыс. руб. за тонну, обновив исторические максимумы и превысив стоимость российской нефти. Такой уровень котировок уже негативно воспринят экспортерами, а аналитики ждут продолжения роста цен внутри страны.
По итогам 16–20 марта средние цены на продовольственную пшеницу в РФ выросли сразу на 1,02 тыс. руб., до 13,27 тыс. руб. за тонну, говорится в отчете «Совэкона». Из него следует, что это максимальный уровень котировок за всю историю. Для сравнения: тонна российской нефти Urals для средиземноморского рынка (CIF Augusta) на 19 марта стоила 12,85 тыс. руб.
Основные причины взлета цен на зерно — резкое падение рубля и высокие мировые цены, говорит директор «Совэкона» Андрей Сизов. По его словам, несмотря на падение остальных рынков, цены на зерно на мировых биржах росли. Так, за прошлую неделю пшеница в Чикаго подорожала на 6,7%, до $198 за тонну, в Париже — 6,9%, до $204 за тонну. Российская пшеница закрепилась на уровне $207 за тонну после резкого падения. Мировой рынок также отреагировал на падение рубля и слухи о возможном ограничении экспорта зерна, отмечают в «Совэконе».
Как пишут аналитики, переработчики и экспортеры активно поднимают закупочные цены. При этом многие владельцы зерна готовы продать урожай за «относительно приемлемую цену». Во-первых, фермерам нужны средства для финансирования посевных работ, во-вторых, требуется освободить склады, третий фактор — те же слухи о возможных экспортных ограничениях, перечисляют в «Совэконе».
Руководитель аналитического центра «Русагротранса» Игорь Павенский согласен, что, несмотря на волатильность курса рубля, не все производители готовы придерживать запасы и торговля идет. По его словам, «Русагротранс» уже повысил прогноз экспорта зерна в марте на 0,2 млн тонн, до 3,6 млн тонн. Гендиректор «Прозерна» Владимир Петриченко, впрочем, отмечает, что заметная часть держателей зерна заняла выжидательную позицию. «Еще неизвестно, по какой цене придется приобретать, например, импортные средства защиты растений»,— говорит он.
По словам господина Сизова, цены на пшеницу в Поволжье и Центральном Черноземье вернулись к экспортному паритету, а рентабельность поставок начинает восстанавливаться.
«Совэкон» планирует на этой неделе повысить прогноз экспорта пшеницы в сезоне (сейчас эта цифра составляет 32,1 млн тонн). Хотя крупный экспортер отмечает, что говорить о закреплении цен на уровне $207 за тонну пока рано, покупатели предлагают за российскую пшеницу $199–200 за тонну, а маржа не превышает $3–5.
Рост локальных цен в первую очередь определяется аппетитами производителей, которые, ориентируясь на возросший курс доллара, считают «сверхдоходы» российских экспортеров и завышают внутренние цены, удерживая объемы, возмущается гендиректор российского подразделения Agrozan Commodities Сабина Содикова. В результате, продолжает она, экспортер вынужден покупать зерно в убыток из-за риска получить штраф за срыв предыдущих контрактов. Но в текущей ситуации всеобщего закрытия границ и нарушения логистических цепочек на фоне вируса спрос крайне нестабильный, потому все шансы остаться со своим зерном до следующего урожая имеет и производитель, добавляет она.
По прогнозам господина Сизова, в ближайшей перспективе на внутреннем рынке пшеница продолжит дорожать, так как фактор девальвации пока не отыгран. Мировые цены также могут продолжить увеличиваться, потому экспорт некоторое время будет довольно рентабельным, отмечает он. Но, предупреждает эксперт, такая ситуация продлится недолго: для экспортеров российская пшеница после резкого роста окажется слишком дорогой.
Владимир Петриченко согласен, что стоимость пшеницы на внутреннем рынке продолжит укрепляться. Но, отмечает он, рост будет зависеть от курса рубля и экспортных цен. Андрей Сизов при этом не исключает, что удорожание зерна на внутреннем рынке приведет к усилению давления на Минсельхоз со стороны основных потребителей, мукомолов и животноводов, с целью введения каких-либо ограничений.
Анатолий Костырев
Collapse )
v3

Доллар штурмует восьмой десяток: а то ли будет еще?

А вот о такой «актуальщине» мы промолчать для своих читателей не имеем права. Дело в том что наш старый давний знакомый Андрей Васильев (бывший сенатор РОС и кандидат на должность главы финансово – экономического комитета верхней палаты парламента) подтвердил свой прогноз по курсу рубля сделанный им в 2015 году. И здесь надо отвлечься от «вечного» и обязательно посвятить несколько абзацев насущному. Что мы охотно и делаем. К тому же правила установленные в 2009 году, и основной девиз нашего проекта имеет несомненный фундаментальный приоритет над актуальными задачами, которые, мы ставили себе в году 2020.
Господин Васильев напомнил что «Цена барреля уралс 20 баксов = доллар по 105 руб.». Позволим себе напомнить своим читателям что Мишустян 2020 года – это Павлов образца 1991 года. Ошиблись ли мы с инструментами, которыми могло бы проводиться «павловское повышение цен» состоявшееся 2 апреля 1991 года? Лишь отчасти. Мы, например, предполагали что «Мюрид как вы видите тонко намекает на падение цен на нефть в марте. Но если Мишустян – это Павлов, то мы как раз и говорим что именно к апрелю – марту надо готовиться к двух, а то и трехкратному повышению цен. В данном случае на газ. Что они еще придумают, как в 1991 году? Может быть, какой-нибудь снова затеют обмен рублей.» Назвали разные варианты, в том числе и чужой и именно он оказался верным. По срокам – при чем по срокам тоже были расхождения. Мюрид называл март, мы говорили про апрель. Получилось именно в марте и в нефтяной а не газовой сфере. Но главное этот тренд нам был понятен и БЕЗ Мюрида: просто по дате назначения нового премьер – министра России и его бэкграунду.
По нашим сведениям Глава ПКА РОС Василий Адрианов примерно за неделю до падения курса рубля к основным валютам проинформировал спикера Сената РОС господина Михайловского о возможности подобных событий в том числе и с учетом публикаций в нашем блоге. Аналогичные предупреждения он делал и летом 2008 года, и зимой 2014. Так же по нашим сведениям о подобных событиях предупреждал целый ряд лиц, и министр финансов РОС господин Артамонов (частным, разумеется, порядком, в силу своей профессиональной компетенции). То есть мы сегодня можем говорить о том, что прогнозирование тенденций изменения курса рубля вполне возможно и может осуществляться разными методиками. Причем практически идеально как по времени так и по инструментам такого изменения. И кроме того очень важный момент что инструменты изменения внутренних цен в частности в России с 1991 года существенно изменились. Не изменились лишь вызываемые применением таких инструментов последствия.
Мюрид утверждает: доллар уже дороже 100 рублей, объясняя это тем, что нефть штурмует отметку в 25 долларов, но рубль запаздывает. Баррель нефти по бюджетному правилу должен стоить в рублях 2800, но держится в районе 2150. Рубль подтягивают - политический момент, впереди голосование в поддержку путинского государственного переворота. Такой дикий курс явно не в пользу Путина, который всеми силами демонстрирует уверенность и излучает стабильность в бушующем море рукотворных катастроф. Но чудеса - это не к нему. После 22 апреля нужно будет все приводить в соответствие, а потому если нефть сохранится на текущих уровнях (скорее, нет), то курс в 100 рублей за доллар будет еще весьма оптимистичным. Напомним при этом, что размер резервов составляет примерно половину размера федерального бюджета РФ, а резервы ЦБ составляют примерно размер внешних долгов корпораций РФ с государственным участием плюс 50 миллиардов – на выплаты акционерам ЮКОСА, и 20 миллиардов «на сдачу». Таким образом, можно предполагать, что цена на нефть как согласно прогнозам господина Василева, так и предположениям блоггера Мюрида на самом деле сможет «пробить» отметку в 100 рублей в ближайшее время. Или наши методики не верны?
Выскажитесь.
Поддержать наш блог, imed3, вы можете в любое время переводом по актуальным динамически изменяемым реквизитам опубликованным в конце этого текста.
Collapse )
v3

Почему золото в этот кризис не дорожает, а падает в цене

21.03.2020
Парадокс: вместе с обвалом на фондовых, сырьевых и валютных биржах во всем мире дешевеет и золото, которое вообще-то считается в трудные времена "тихой гаванью". Почему так происходит? Есть ряд причин, говорят экономисты. Например, многим инвесторам приходится сейчас срочно гасить кредиты и продавать золото. Почему еще дешевеет этот драгоценный металл, в который, кстати, вложена пятая часть золотовалютных резервов России?
"Сначала макароны, затем туалетная бумага - а теперь еще и золото". Онлайн-версия еженедельника Der Spiegel сообщает о возникшем в Германии ажиотажном спросе на драгоценный металл. На сайте компании Degussa, рассказало издание, золотыми монетами и слитками, даже килограммовыми, в один из последних дней можно было только полюбоваться: все было распродано.
Ажиотажный спрос розничных покупателей
Длинные очереди выстраивались на этой неделе во Фрайбурге, Лейпциге и Бремене перед филиалами другого крупного розничного торговца драгоценными металлами - Philoro. "Спрос растет примерно с такой же скоростью, с какой распространяется коронавирус", - сообщил журналистам исполнительный директор компании Кристиан Бреннер (Christian Brenner). Ему даже пришлось перевести свои торговые точки на работу в две смены.
Очередь за золотом примерно из 80 человек наблюдал во Франкфурте-на-Майне корреспондент газеты Süddeutsche Zeitung. "Я боюсь того, что будет", - объяснил журналисту свои мотивы один из покупателей, и окружающие согласно закивали. Женщина рядом добавила: "А вдруг золото скоро пропадет!". На то, что продавцы взвинтили цены на свой товар, присутствующие внимания не обращают, отмечало издание.
В Германии традиционно видят в золоте "тихую гавань", защитное вложение денег, которое не теряет и даже увеличивает свою стоимость в трудные времена. И вот они наступили, и ажиотажный спрос мелких розничных немецких покупателей выглядит вполне типичной реакцией. А вот крупные международные институциональные инвесторы действуют в условиях нынешней пандемии не хрестоматийно: они продают золото, а не покупают.
Обвал цен на нефть повлек за собой распродажу золота и серебра
Правда, распродажа началась лишь в марте вместе с ускоряющимся обвалом на фондовых, сырьевых и валютных биржах во всем мире. Весь прошлый год цены на золото, наоборот, росли, причем существенно. Если в начале 2019 года тройская унция стоила чуть меньше 1300 долларов, то к концу декабря - уже свыше 1500 долларов.
После этого, в январе-феврале нынешнего года, удорожание в условиях набирающей силы эпидемии и падающей мировой экономики еще больше ускорилось, что полностью соответствовало традиционному представлению о роли золота как антикризисного актива. В результате за тройскую унцию стали давать в начале марта 1700 долларов.

9 марта 2020 года войдет в историю как начало "нефтяной войны" между РФ и Саудовской Аравией
Однако 9 марта, когда мировой сырьевой рынок отреагировал 30-процентным обвалом нефтяных котировок на ценовую войну между Россией и Саудовской Аравией, резко пошел вниз и рынок драгоценных металлов. Полторы недели спустя золото упало примерно до 1470 долларов, а тройская унция серебра рухнула с 17,5 до менее 12 долларов.
Конечно, на фоне того, что происходит сейчас с нефтью и многими акциями, потери золота в пределах 15 процентов представляются не очень значительными. Пока оно "всего лишь" растеряло курсовой рост за нынешний год, вернувшись к котировкам середины декабря. Но бросается в глаза смена тренда и нетипичное поведение рынка: мировая экономика мчится навстречу глубокой рецессии, а международные инвесторы спешно покидают "тихую гавань".
Антикризисный актив приходится выбрасывать на рынок
Весьма показателен заголовок статьи в Süddeutsche Zeitung: "Кризисный металл в кризисе". Атипичное поведение профессиональных инвесторов газета объясняет, в частности, тем, что многим из них из-за обвала на биржах приходится срочно гасить кредиты, на которые они покупали акции и другие активы (например, нефтяные фьючерсы), а потому они выбрасывают на рынок все, что можно быстро превратить в живые деньги, в том числе и золото.
Еще одно объяснение газеты: менеджеры инвестиционных фондов, имеющих в своих портфелях драгметаллы, обычно обязаны соблюдать определенные ограничения, скажем, держать в золоте не больше 5 процентов вложенных средств. Но теперь из-за резкого удешевления ценных бумаг эта доля вдруг оказалась намного выше, и управляющие портфелями вынуждены во что бы то ни стало продавать драгметаллы, чтобы ликвидировать возникшую диспропорцию.

Индия - один из важнейших в мире рынков золотых украшений
К тому же резко сжался спрос на важнейшем рынке золотых украшений -  в Азии, прежде всего в Китае и Индии. "Там многим людям сейчас не до того, чтобы заниматься золотыми цепочками", - напоминает Süddeutsche Zeitung. Ажиотажная скупка золотых монет и слитков немецкими мелкими вкладчиками вряд ли принципиально изменит ситуацию.
Золотовалютные резервы России: что будет, когда они потребуются?
Динамика котировок на мировом рынке золота имеет немаловажное значение для России, особенно в ситуации, когда произошло обвальное падение цен на ее главный экспортный товар - нефть - и идет девальвация национальной валюты - рубля. В условиях теперь уже неизбежного тяжелого экономического кризиса правительству РФ для выполнения бюджетных обязательств или экстренного спасения различных бизнесов наверняка придется воспользоваться накопленными резервами.
А пятая часть золотовалютных запасов России вложена в драгоценный металл. По данным ЦБ РФ, международные резервы страны составляли на 1 марта 2020 года 570,38 миллиарда долларов США, при этом на монетарное золото приходились 119,75 миллиарда.

Москва, ЦБ РФ, январь 2011 года: Владимир Путин с золотым слитком
А что, если хранящиеся в Москве слитки придется в экстренном порядке превращать в валюту - например, для приобретения необходимого импорта? Сейчас, когда все больше государств вынуждены объявлять о многомиллиардных программах поддержки экономики, такие крупные покупатели как центральные банки других стран приобретать золото просто про запас вряд ли будут. Даже в ситуации падающих цен.
Россия усиленно скупала золото для пополнения своих резервов на протяжении полутора десятилетий, и немецкие СМИ неоднократно писали об этой стратегии, взвешивая ее плюсы и минусы.
Так, летом 2015 года после периода снижения цен с 1900 до 1100 долларов газета Die Welt писала, что Путин загнал Россию в ловушку золотых резервов, а опрошенные DW эксперты утверждали, что о стратегической ошибке пока говорить рано. В то же время летом 2019 года автор немецкого телеканала n-tv подчеркивал, что Путин оказался прав, сделав ставку на золото, и даже провозгласил российского президента "Человеком недели". Теперь, возможно, звучавшие в ходе дискуссии аргументы будут проверены на практике.
Collapse )
v3

В «черный список» США попали еще две российские компании

16.03.2020
Под санкциями США оказались компании «Авилон» и «Техномар». Министерство торговли запретило американским фирмам реализовывать экспорт товаров и услуг компаний, сообщают СМИ.
Американский Минторг полагает, что эти компании проводят свои работы «несмотря на национальную безопасность или внешнюю политику США».
Основной причиной ограничения является попытка компаний «Авилон» и «Техномар» закупить в США оборудование для компании «Технополь».
Это предприятие проводит работы в области гидрографии и морской геологии, и уже включено в «черный список» США. Компания «Авилон» занимается продажами машин и соответственного оборудования. А компания «Техномар» торгует гидрографическим и океанографическим оборудованием.
Collapse )
v3

Китай в мировом кризисе

15.03.2020
Китай ждет драматичное падение высокого уровня жизни из-за глобального кризиса.

На днях Владимир Стус дал очередное интервью Юрию Романенко (ссылка на видео абзацем ниже). В беседе много внимания было уделено Китаю. На мой взгляд, точка зрения Владимира во многом осталась недопонятой. Я сейчас простыми словами объясню то, что Владимир Стус пытался донести во время интервью о предстоящих Китаю испытаниях.

У Владимира свой взгляд на мировой кризис, вытекающий из его оригинальной модели цивилизационного развития. У меня свой подход к пониманию экономических процессов, который основывается на различении внутренних и внешних денег (см. Последним романтикам иностранных инвестиций – 1 ). Как рыбак рыбака видит издалека, так же и я сразу увидел в описании Владимира Стуса ту ситуацию, которая достаточно прозрачна, и в то же время, для многих экономистов остается окутанной туманом.
Тезис Владимира, который непосредственно касается Китая, состоит в следующем. Страны с ограниченными ресурсами являются неблагоприятными для проживания в них во время предстоящей Второй Тридцатилетней войны. Второй Тридцатилетней войной Владимир Стус называет совокупность экономических, социальных и политических процессов, которые станут следствием разгорающегося мирового экономического кризиса.
Я сформулирую ту же самую мысль по-своему. Та модель экономического развития, которую использует Китай, а до него стали использовать Япония, Южная Корея с другими Азиатскими Тиграми, а затем и Вьетнам, в ближайшие годы может потерпеть сокрушительное фиаско из-за мирового кризиса. В этой ситуации слабым местом перечисленных стран окажется отсутствие у них достаточного количества собственных природных ресурсов для поддержания того уровня потребления их граждан, который был достигнут в процессе предыдущего бурного роста.
А теперь – простыми словами и по порядку.
Представим, что у нас есть страна с ограниченными ресурсами. Что это значит, и в каком смысле ресурсы ограничены? Ведь на самом деле, любой ресурс – ограничен. Пусть воды в мировом океане много, но ее все равно там ограниченное количество – при большом желании можно вычерпать ее всю. И, например, пустить на озеленение Марса (привет Илону Маску).
Ограниченность ресурсов– это понятие относительное. И соотносить ресурсы нужно с количеством людей, населяющих страну. Иными словами, мы должны понять, хватает ли собственных природных ресурсов для обеспечения хорошей жизни того количества людей, которые в этой стране проживают.
Если записать это в виде формулы, тогда нам нужно весь объем ресурсов разделить на количество населения. В результате мы получим усредненную обеспеченность природными ресурсами каждого жителя страны.
Вот мы получили конкретную цифру. О чем она говорит – большая эта цифра или маленькая? Опять-таки, все познается в сравнении. Рассмотрим обеспеченность ресурсами среднего жителя в разных странах. В одной стране человеку хватает ресурсов только на хлеб, житель другой страны может каждый день кушать булку с маслом, а в третьей стране еще и добавлять на бутерброд икру.
Получается, что в первой стране плодородной земли хватает только на выращивание пшеницы или риса для населения. Вторая страна обладает достаточным количеством земли для прокорма не только людей, но и коров, которые дают молоко для производства масла. В третьей стране есть еще и водоемы с рыбой, которая нерестится красной или черной икрой. Вот, что такое обеспеченность ресурсами.
Когда Владимир Стус рассуждает о странах с ограниченными ресурсами, он имеет в виду, что внутренних ресурсов населению условно хватает только на хлеб. Это говорит о том, что в стране ресурсов слишком мало или жителей слишком много. Или о том и о другом одновременно. Как мы знаем, восточные страны, такие как Китай, характеризуются именно большим количеством населения.
Несомненно, что запас ресурсов не ограничивается только сельским хозяйством. Есть еще руды, энергетические ресурсы, реки и моря в качестве транспортных коридоров, климатические и географические условия. Да и население нуждается не только в еде, но и в одежде, жилье, бытовой технике и транспорте. Так что уровень жизни жителей страны обеспечивается всеми ресурсами, имеющимися в распоряжении экономики.
А что, если каких-то ресурсов в стране очень много, а других наоборот не хватает? Например, пахотная земля обеспечивает жителям столько бутербродов с маслом, сколько они съесть не могут. Вот, прям ожирение поголовное прогнозируется. А металлических руд для производства автомобилей очень мало. Поэтому автомобили есть только у самых богатых и толстых. Остальные пешком ходят, чем от ожирения и спасаются.
В подобном случае страна может использовать международную торговлю, чтобы выровнять баланс наличных ресурсов. Продавая на внешнем рынке пшеницу из которой делают бутерброды, можно взамен покупать железную руду для производства автомобилей. А можно торговать уже выпеченными булками и приобретать обработанные стальные листы или продавать готовые бутерброды и покупать готовые автомобили.
При международной торговле страна зарабатывает внешние деньги от продажи собственных ресурсов или готовой продукции. На эти внешние деньги можно приобретать у других стран нужные тебе ресурсы или сразу конечный продукт.
Тут есть одна хитрость. Чем большую обработку прошли сырые ресурсы и чем ближе твой товар к конечному продукту потребления, тем дороже он стоит. Если продавать готовый продукт вместо необработанных ресурсов – можно заработать намного больше внешних денег. А если у других стран покупать не готовые товары, а начальные ресурсы и самим доводить эти ресурсы до ума, на этом можно дополнительно сэкономить кучу тех же внешних денег. В нашем случае, в другие страны лучше продавать готовые бутерброды, а покупать у них не автомобили и не стальной лист, а железную руду, из которой уже своими силами производить транспорт.
Экономисты называют такой подход продажей на международном рынке товаров с высокой добавленной стоимостью. Тут обязательно нужно дополнительно говорить и о покупке ресурсов с низкой добавленной стоимостью. Именно за счет этой разницы в добавленной стоимости продаваемых готовых товаров и покупаемых ресурсов страна может хорошо жить.
Чем больше труда вложено в твой товар при производстве внутри страны, тем больше его добавленная стоимость. И тем больше внешних денег ты заработаешь при его продаже на международном рынке.
Чем меньше труда вложено в ресурс, который ты покупаешь на внешнем рынке, тем меньше в нем добавленной стоимости, и тем меньше внешних денег ты на него потратишь. А значит, у тебя больше денег останется. Хочешь, купи на них еще ресурсов, а хочешь – оставь эти внешние деньги на потом.
С обменом одних ресурсов, которых у страны много, на другие ресурсы, которых у страны нет или их очень мало, вроде разобрались.
А что делать стране в случае, когда у нее нет лишних ресурсов, которые можно было бы обменять у других стран на что-то очень нужное. Если твоим жителям еле хватает хлеба на пропитание, за счет чего тогда покупать даже не готовые автомобили, а хотя бы железную руду, чтобы делать транспорт?
Помните, страна может продавать на международном рынке не только ресурсы, но и более-менее готовую продукцию, созданную из ресурсов с помощью труда. Но если у тебя нет собственных ресурсов, из чего ты сделаешь готовую продукцию? Из чужих ресурсов.
Бедную сельскохозяйственную страну можно превратить в страну-завод, которая будет покупать у других стран ресурсы, обрабатывать их, превращать в конечный продукт и продавать готовые потребительские товары на международном рынке.
Страна-завод продает что-то свое другим странам, и это точно не ресурсы. Это – труд ее жителей.
Страна может продавать труд своих жителей двумя способами. Первый мы уже рассмотрели. Это страна-завод, когда жители работают на территории своей страны на предприятиях, выпускающих продукцию для международного рынка. Второй способ – страна-ПТУ, живущая за счет трудовой миграции своих жителей. Жители разъезжаются по миру, работают на предприятиях на территории других стран и присылают домой часть полученных денег. Эти внешние деньги и являются платой стране от других стран за труд ее жителей.
На вырученные от продажи труда своих жителей внешние деньги страна способна поднять уровень жизни своего населения. Теперь она может приобретать недостающие потребительские товары за рубежом. Хотя намного выгоднее вместо готовых товаров покупать у других стран сырые ресурсы, необходимые для производства этих товаров. Страна-завод, например, в силах сама справиться с производством всего необходимого, были бы нужные ресурсы.
Теперь жители страны-завода с ограниченными собственными ресурсами вдоволь едят хлеба. Наступила эпоха Малого Процветания. Страна вот-вот вступит в эпоху Среднего Процветания, и у каждого жителя будет достаточно булок с маслом. На горизонте эпоха Великого Процветания, когда прямо с неба посыпется красная и черная икра – только бутерброды подставляй!
Здесь нужно очень четко осознать, что тот дополнительный уровень потребления жителей, на который у самой страны не хватает собственных ресурсов, обеспечивается природными ресурсами других стран. Дополнительные ресурсы приобретается у этих стран за заработанные нашей страной внешние деньги. А внешние деньги страна получает взамен на труд своих жителей, который она продает на международном рынке или в виде товаров, или в виде чистого труда – рассчитываясь с другими странами трудовыми мигрантами.
А что произойдет, если поток внешних денег в страну начнет иссякать?
В этом случае страна сможет покупать уже меньшее количество внешних ресурсов для потребления ее жителями. Жизненный уровень населения станет падать. В пределе, если поток внешних денег совсем прекратится, потребление опустится до уровня, обеспеченного собственными природными ресурсами. Жители нашей страны опять перейдут на хлеб, которого им будет не хватать.
Возможно ли в такой неприятной ситуации компенсировать отсутствие у страны потока внешних денег печатанием денег внутренних? Нет, это не возможно. Я об этом уже подробно писал (см. Последним романтикам иностранных инвестиций – 2 ). За внутренние деньги большинства стран – гривны, рубли, тугрики – нельзя приобрести ресурсы и товары на международном рынке.
Дополнительно здесь необходимо учитывать, что, с одной стороны, за тот период, пока страна-завод успешно развивалась и зарабатывала на международном рынке, ее население не только привыкало к постоянному повышению своего жизненного уровня. Население страны еще и росло. То есть, обеспеченность собственными ресурсами на каждого жителя страны постоянно уменьшалась из-за увеличения количества самих жителей.
Это означает, что если стране придется опираться лишь на собственные ресурсы, потребление среднего жителя может упасть даже ниже исходного уровня.
С другой стороны, стоит добавить, что в начале своего бурного развития страна имела определенные технологии добычи и обработки ресурсов. Владимир Стус называет это имеющимся технологическим уровнем. В процессе развития страна-завод могла приобрести усовершенствованные технологии, т.е. перейти на новый технологический уровень. И тем самым обеспечить своим жителям более высокий уровень потребления при неизменных собственных ресурсах.
К тому же, достигнутый новый технологический уровень, по всей видимости, позволяет стране не только увеличить эффективность использования наличных ресурсов, но и дает возможность добраться до большего количества ресурсов в своих недрах или на поверхности земли.
На мой взгляд, обретенные страной новые технологии при определенных условиях могут скомпенсировать увеличение количества жителей и удержать от падения тот уровень потребления на одного жителя, который обеспечивается собственными ресурсами. Но вряд ли с помощью технологий можно существенно возместить поступление ресурсов из других стран.
Вернемся в реальный мир.
После Второй Мировой войны страны Восточной и Юго-Восточной Азии, бедные собственными ресурсами относительно того количества населения, которое в них проживало, одна за другой, начиная с Японии в 50-х годах, включая Южную Корею с Азиатскими Тиграми (Гонконг, Тайвань, Сингапур) в 60-70-х, Китай и Новые Азиатские Тигры (Индонезия, Филиппины, Таиланд, Малайзия) в 80-х и заканчивая Вьетнамом в 90-х годах строили у себя экономическую модель страны-завода.
В общих чертах эта модель подразумевает использование своего населения в качестве рабочей силы для производства из внешних ресурсов товаров для продажи на внешних же рынках. В той или иной степени в производстве товаров для иностранных потребителей конечно же могут участвовать и ограниченные ресурсы самой страны.
За счет экспортных поступлений страна-завод обеспечивает увеличение уровня потребления своих жителей по сравнению с базовым уровнем потребления, которое она может поддерживать исходя лишь из собственных природных ресурсов.
Мировой кризис приведет к уменьшению внешнего спроса на продукцию стран-заводов. Доходы этих стран во внешних деньгах упадут, вследствие чего уровень потребления их жителей существенно уменьшится, вызывая внутренние социальные и политические последствия.
Я не стал подробно писать о других факторах развития стран-заводов, которые конечно же сыграют свою роль во время острой фазы мирового кризиса: иностранных инвестициях и их бегстве, внешних долгах и проблемах с их выплатой, валютных курсах – попытках их поддержания и неминуемом падении национальных валют. Такое подробное описание несомненно сделает общую картину более полной, но и значительно усложнит ее восприятие.
Теперь конкретно о Китае.
Среди экономистов очень долго шли разговоры о том, что Китай в скором времени переориентируется на внутренний спрос или на внутренний рынок, чтобы уменьшить свою зависимость от спроса на международном рынке. Затем все с сожалением констатировали, что этот маневр у Китая не получился.
Переведем на понятный язык идею коллег-экономистов о переориентации Китая на внутренний спрос, т.е. спрос на его внутреннем рынке. Эта идея означает, что часть продукции, которую Китай раньше продавал на международном рынке за внешние деньги, он теперь будет реализовывать на своем внутреннем рынке за внутренние деньги. Речь идет о трансформации экспортных внешних продаж во внутренние продажи.
В результате этой трансформации, поступления внешних денег уменьшатся, т.к. на внешнем рынке будет продаваться меньше продукции. Это значит, что уменьшится уровень потребления жителей Китая. Меньше поток внешних денег – меньше дополнительное потребление за счет внешних ресурсов. При этом неизменное количество внутренних ресурсов продолжит обеспечивать невысокий базовый уровень потребления.
Иными словами, переориентация на внутренний рынок – это сознательное уменьшение потребления собственного населения. Лично я смысла в этом не нахожу. По-видимому, китайские товарищи тоже не увидели здесь логики и переориентироваться на внутренний рынок не стали. Или же получили первые результаты от переориентации и быстро отыграли назад.
Можно воспринимать идею о переориентации Китая на внутренний рынок и по-другому: не как активный и беспощадный к себе и своему населению уход с международного рынка, а как вынужденную меру в ответ на независимое от страны сокращение этого рынка, например, в результате мирового кризиса.
В условиях, когда Китай не в состоянии сбыть свои товары на внешних рынках, он, казалось бы, может предложить эту продукцию своему населению. Вот только дело в том, что Китай, как страна-завод, создает экспортную продукцию в основном из внешних ресурсов, на покупку которых тратит дефицитные внешние деньги.
Продавая такие товары другим странам, Китай возвращает потраченные на иностранное сырье внешние деньги и, к тому же, зарабатывает прибыль во внешних деньгах. А продав эти товары собственным жителям, он просто потратит внешние деньги на сырье и не только ничего не заработает на международном рынке, но и не вернет то, что израсходовал на сырье. Фактически – это работа страны-завода себе в убыток. Причем, убыток равен внешним деньгам, пошедшим на иностранное сырье и не вернувшимся из-за замены внешних продаж на внутренние.
Итак, в случае внешних продаж Китай получает прибыль во внешних деньгах и тратит эту прибыль на дополнительное потребление своими жителями внешних ресурсов. В случае переориентации на внутренние продажи страна не только отказывается от дополнительного потребления своими гражданами внешних ресурсов за счет недополученной прибыли. Она еще и вынуждена замещать часть оставшегося потребления импортных товаров потреблением переориентированного продукта собственного производства, в состав которого входит импортное сырье.
Допустим, страна-завод производит на экспорт автомобили из железной руды или из готовых железных листов, которые покупает в других странах. За счет прибыли полученной от продажи транспорта на международном рынке страна, с одной стороны, из зарубежного сырья делает автомобили и для своих граждан, а с другой стороны, поднимает за счет импорта продовольствия уровень потребления своих жителей с хлеба на булки с маслом.
Если спрос на автомобили, которые делает страна, на внешних рынках в результате мирового кризиса упал, следовательно, экспортные доходы страны-завода сократились. А, значит, потребление жителями внешних ресурсов должно уменьшиться. Отказаться можно от выпуска для внутренних потребителей автомобилей, которые делаются из чужой руды и листового железа. Или можно отказаться от масла, которое дают буренки-иностранки.
Есть еще экзотический вариант переориентации автомобильной промышленности на внутренний рынок. Это означает не только отказ от масла и сохранение выпуска автомобилей для жителей страны, но и дополнительную продажу жителям тех машин, которые теперь не востребованы на международном рынке. Как говорится: «каждой семье по два автомобиля!»
Второй автомобиль съест еще часть внешних денег из-за невозвратности затрат на импортное сырье для переориентированных машин. И тогда жителям придется лишиться не только масла, но и булок, и перейти на грубый хлеб.
На пике экспортных доходов жители и булки с маслом ели, и автомобиль в каждой семье был. А теперь перед жителями встанет выбор: есть бутерброды с маслом, но остаться без автомобиля; кушать вкусные булки без масла и передвигаться на машине; сидеть на хлебе и воде, но в результате переориентации иметь два автомобиля на семью. Все три варианта соответствует одному и тому же уровню потребления, который в результате падения экспортных доходов страны опустился по сравнению с докризисным потреблением.
Как видим, переориентация на внутренний спрос не может поднять жизненный уровень населения Китая. Добровольный уход с международного рынка снизит уровень потребления граждан. А переориентация в условиях падения внешних продаж приведет к тому, что вместо одного уменьшившегося набора товаров жители страны будут потреблять другой набор товаров, по стоимости ничем не выше первого.
Да, не всегда легко смириться с падением уровня текущих потребительских покупок. Но и задел у Китая обеспечен хороший. Современные дороги, скоростные поезда, новые аэропорты. Опять же, гидроэлектростанции. Когда ты продолжаешь пользоваться всеми этими благами, можно и отсутствие масла пережить.
Вот только все это требует периодического ремонта и обновления. И во всем этом есть импортные составляющие, которые стоят внешних денег.
Почему-то, раньше, основываясь только на собственных природных ресурсах Китай не смог себе этого построить. Неужели он обеспечил все это за счет внешних природных ресурсов в период своего бурного взлета на международном рынке?
Для ремонта и восстановления этого богатства Китаю понадобится импортное сырье – сырое или в виде готовой продукции и высокотехнологичного оборудования. А в условиях мирового кризиса и падения экспортных доходов во внешних деньгах, за счет каких средств он сможет все это себе позволить?
А значит, вся современная инфраструктура постепенно начнет сыпаться. Не сразу, не за два года. Но неумолимо. Не вопрос поддерживать функционирование одной дороги или одного моста. А если их сто, а если тысяча? И все они для своего поддержания требуют импортных расходников, т.е. постоянного входящего потока внешних денег, который раньше был, а теперь иссяк.
По большому счету, можно выделить пять причин сокращения экспорта из Китая:

  1. Уменьшение спроса на мировом рынке – объективный или рукотворный кризис.

  2. Падение производства в результате временного или постоянного сокращения рабочей силы – эпидемии, внутренние беспорядки.

  3. Сокращение производственных мощностей в результате их вывоза в другие страны с дешевой рабочей силой.

  4. Уничтожение производственных мощностей в результате терактов или военных действий.

  5. Нарушение связности между внутренним производством и внешними рынками – затруднение ввоза сырья и/или вывоза готовой продукции из-за блокады морских транспортных коммуникаций.

Все пять пунктов укладываются в то, что Владимир Стус называет Второй Тридцатилетней войной. Любая из этих причин вызовет сокращение потока внешних денег и вынужденный отказ от потребления жителями импортных ресурсов. Как результат, произойдет падение жизненного уровня населения Поднебесной. Следствием этого могут стать кардинальные и драматичные изменения в социальной и политической системе Китая.

Collapse )